Новая наводка Ирли
Судя по разговорам после церемонии, во дворце я задержался надолго: занимался делами, принимал доклады и постепенно привыкал к официальной стороне управления династией. Затем мне передали, что Ирли хочет встретиться. У неё появились новые сведения о сородичах: якобы в системе Атласов Предел видели тех, кто мог пережить гибель её мира-корабля. Ирли торопила с вылетом, поскольку предыдущие поиски уже показали, насколько легко опоздать. Три раза мы прилетали без результата, так что я согласился проверить и четвёртую наводку. Хотелось всё-таки закончить хотя бы одну такую экспедицию спасением живых эльдар. Но перед этим решил закрыть ещё одно оставшееся дело.
Станция Обод Эриоха
Сначала отправился к Ободу Эриоха в системе Столпы Виридики. Название знакомое: именно эту станцию упоминали в истории появления культа Хищной Звезды на моём корабле. Кроме того, она служила пристанищем пиратам, поэтому основания для визита имелись. Вооружена станция серьёзно: дальнобойные орудия, прикрывающие корабли, вылетающие малые суда. Центральный управляющий узел защищал отдельный генератор. После уничтожения генератора сражаться стало заметно легче, а затем можно было сосредоточить огонь на центре станции и добиться капитуляции, не разбирая по очереди всё остальное. Именно так я и закончил бой. Обод Эриоха передал Имперскому флоту, за что получил пять тысяч репутации. Теперь можно было возвращаться к поискам Ирли.
Ловушка на чартистском судне
В Атласовом Пределе просканировал планеты и обнаружил чартистское судно на краю системы. Это человеческий торговый корабль, а не эльдарский транспорт, но наводка вела именно туда. Подлетел, выбрал отряд и высадился. Внутри нас встретили люди, однако очень скоро появился Маражай, и стало понятно, кто организовал эту встречу. Он пообещал Ирли сведения о выживших с её мира-корабля, дал координаты и дождался, пока она приведёт меня. Про портовые слухи рассказ получился существенно менее подробным, чем следовало. В результате поисков сородичей на этот раз пропавшими стали уже мы: друкари пустили газ, весь отряд отключился, а нормально вступить в бой нам даже не дали.
При этом Маражай разговаривал так, будто честно выполнял договорённость. Встречу с остатками народа Ирли он ведь обещал, а вот безопасность остальных участников поездки, видимо, обсуждать не стал. Спутников собирались передать местному мастеру пыток и переделки живых существ, меня Маражай оставлял для собственных нужд. Это было особенно неприятно после двух предыдущих встреч, когда он уходил, оставляя драться своих подчинённых. Теперь наконец оказался рядом, только у меня не было возможности ни выстрелить в него, ни приказать Ирли сделать это. Четвёртая спасательная экспедиция получилась самой результативной для друкари.
Обсидиановый суд
Следующим местом стал Обсидиановый суд в Комморре. Маражаю понадобился я не только ради пыток: он рассчитывал использовать мои показания против собственной сестры, архонта Ирэмерисс, возглавляющей кабал Опустошительной Бури. Его интересовало, откуда я узнавал о передвижениях друкари и почему успевал вмешиваться в их нападения. Он подозревал, что сведения поступали от его соперницы, которая таким способом мешала ему. Разбирательством руководил другой архонт — Назракхей. По сути, меня привезли в качестве свидетеля, из которого собирались получить нужные обвинению ответы. Моё согласие участвовать в их семейных и политических разборках никого не интересовало.
Для допроса Маражай использовал личинку, которую подсадил мне в голову. После этого начались видения: знакомые помещения, изувеченные спутники, лица людей, которых я знал. Вместо друкари передо мной появлялись образы Хейнрикса, Калькасара и Теодоры, а вопросы звучали так, будто меня судит Инквизиция. Требовали признать связь династии с ксеносами и объяснить, почему я заранее знал цели налётчиков. Получалась удобная подмена: реальные нападения на мои владения пытались представить доказательством моего участия в чужом заговоре. Я сопротивлялся, отвергал обвинения и пытался разобраться, где заканчиваются происходящие вокруг события и начинаются навязанные видения.
Когда происходящее снова стало различимым, передо мной оказался именно суд друкари, а не настоящий инквизиторский трибунал. Маражай хотел с помощью пленного человека добиться решения против Ирэмерисс и улучшить собственное положение в кабале. Только захватить меня оказалось проще, чем получить от этой затеи ожидаемый результат. В разбирательстве появился ещё и странный эльдар, разговаривающий стихами и ссылающийся на волю Векта. За всеми их отношениями в таком состоянии следить было непросто: меня пытали, в голове находилась живая дрянь, а вокруг обсуждали, кому достанется власть. Когда моя полезность для суда закончилась, со мной обошлись как с телом, которое осталось только убрать.
Пробуждение в Прорве
Очнулся уже в Прорве, на нижних уровнях Комморры. Живой, хотя по состоянию персонажа это выглядело временным недоразумением: тяжёлые травмы, испорченные характеристики, приступы боли. Поблизости появился тот самый неизвестный, который говорил стихами. Он помог мне подняться и оставил оружие — простой пистолет, с которым хотя бы можно было попытаться защищаться. Почему он решил вмешаться и чего хотел взамен, прямым текстом не объяснил. Учитывая остальных встреченных друкари, уже сам факт, что мне что-то дали и сразу не потребовали за это кого-нибудь убить, выделял его среди местных.
Затем открыл снаряжение и обнаружил, что с персонажа сняли вообще всё. Оружие, броня, обвесы — ничего из того, что я недавно подбирал и распределял, на мне не осталось. При этом вещи в общем инвентаре сохранились. И вот тут очень пригодился бы весь тот запас, который я перед этим старательно отправил в грузы. Навёл порядок, называется. Судя по тому, как это сработало у меня, перед высадкой на чартистское судно стоило самому снять экипировку и сложить её в сумку. Но переигрывать я не стал: надел то, что ещё оставалось, и пошёл осматривать местность. Возможности нормально подготовиться здесь уже не было.
Помощь от Злобы
Добрался до Ямы, где распоряжался сслит по имени Злоба. Состояние становилось всё хуже, поэтому разговаривать с позиции Вольного Торговца, которому все немедленно обязаны помочь, не получилось. Я практически вымолил лечение. Злобу это позабавило, и он приказал подлатать умирающего человека. После пробуждения стало легче, но полностью проблему не решили: личинка оставалась в голове и продолжала мучить меня приступами. Злоба заявил, что способен помочь и с ней, однако сначала потребовал услугу. На нижних уровнях находился его соперник, называющий себя комиссаром. Нужно было убить его и принести голову. Лечение здесь оплачивалось вполне конкретным способом.
По дороге встретил Ирли, которую тоже пытали. Отдельных привилегий за доставку Вольного Торговца ей не предоставили. Устраивать разбор произошедшего я в тот момент не стал: сказал, что поговорим позже, и забрал её с собой. Вопросы никуда не исчезли, но посреди Комморры, с травмами и паразитом в голове, мне прежде всего требовалась помощь. Теперь нас было двое. Дальше, уже в Увечном секторе, нашлась Арджента, и отряд увеличился до трёх человек. Полной группы и привычного оснащения всё ещё не было, но хотя бы появилась возможность продолжать путь вместе, а не пытаться выжить в одиночку.
Голова в обмен на лечение
Комиссар командовал группой людей, обосновавшихся в Увечном секторе. Вокруг него собрались вооружённые пленники, которым он представлялся защитником и руководителем. Однако задание Злобы я менять не стал: вступил в бой с комиссаром и его людьми, победил и забрал голову в качестве подтверждения. После чего вернулся в Яму за обещанным избавлением от личинки. И тут Злоба совершенно спокойно сообщил, что помочь не может. Он просто сказал то, что заставило бы меня устранить его соперника. То есть подлатать меня он сумел, а дальнейшее лечение придумал. Я выполнил заказ, принёс результат и остался с той же проблемой в голове.
Разобраться с ним сразу помешал очередной визит: в Яму пришли за бойцами для арены. Разговор шёл о поставке мяса, и этим мясом предстояло стать нам. Я согласился отправиться. Вокруг было полно друкари, для которых происходящее являлось развлечением, а нам выпустили диких кхимер. Эти твари предназначались именно для того, чтобы участники представления умирали достаточно неприятно для удовольствия зрителей. После нормальных боёв полным отрядом пришлось сражаться тем составом и теми вещами, которые удалось собрать после плена. Тем не менее мы победили и пережили первое выступление. На этом с услугами Злобы я решил закончить.
Новый хозяин Ямы
Вернулся к сслиту и разобрался уже с ним и его подчинёнными. После победы оставшиеся обитатели Ямы признали мою власть, но тут игра выдала сцену, которая сначала меня совершенно запутала. Злоба оказался пленником, хотя во время боя выглядел вполне убитым. Более того, в клетке находился и комиссар, голову которого я лично принёс сюда раньше. А в разговоре появился вариант казнить обоих. С одной стороны, я только что захватил местное убежище и получил людей в подчинение. С другой — пришлось задуматься, насколько вообще окончательными здесь считаются результаты моих боёв.
Со Злобой объяснение простое: поражение в бою не стало его окончательной смертью. Он остаётся тяжело раненым пленником, и казнь выбирается отдельно. С комиссаром ситуация ещё занятнее: его появление после обезглавливания предусмотрено сценарием. В разговоре даже есть возможность спросить, как у него шея, а отвечает он искалеченным, булькающим голосом, вспоминая оторванную голову. То есть игра произошедшее помнит, хотя само возвращение комиссара к жизни мне не показали. Кто и как его восстановил, в этой сцене не объясняют. Я решил пока не разбираться с ними дальше. Яма теперь под моим контролем, рядом Ирли и Арджента, но личинка всё ещё на месте, остальной отряд не найден, а выбраться из Комморры пока нечем. Продолжим в следующей серии.
