Хтонос через пропасть
После загрузки сохранения начал думать, как всё-таки убить Хтоноса, который в прошлый раз за несколько атак положил почти весь отряд. Решение оказалось прямо перед носом: его платформа стоит отдельно, и попасть туда можно только прыжком. Проверил дальность стрельбы Ирли — до противника она спокойно доставала с другой стороны. Поэтому в этот раз никто к нему не прыгал. Расставился на расстоянии и начал стрелять, а сам Хтонос перебраться ко мне не мог. Так его и убил, не предоставив возможности снова устроить массовое избиение. В прошлой серии я ведь сам привёл к нему весь отряд. Тварь даже не пришлось никуда заманивать — я всё организовал за неё.
Маражай на арене
Разобравшись с Хтоносом, пошёл на следующее выступление. По договорённости Тервантьяса против меня должны были выставить новичков, на которых можно было продемонстрировать его недовольство местными порядками. Однако на арене появились Абесс и Маражай со своими бойцами. Абесс возглавлял Кровавых Прозелитов — опытных воспитанников ведьм, а Маражай после потери прежнего положения тоже оказался среди гладиаторов. Получилось совсем не то представление, которое обещал гемункул. Впрочем, обсуждать замену противников было уже поздно: начался бой. С этой компанией я справился, убил и Абесса, и Маражая, после чего вернулся в Анатомическую оперу докладывать об успехах. Как выяснилось, радоваться им там никто не собирался.
Тервантьяс меняет планы
Тервантьяс уже паковал вещи и объяснял, почему во всём виноват я. Теперь выяснилось, как именно выглядел его первоначальный замысел: я должен был убить кого-нибудь не слишком важного, немного унизить ведьм, а затем погибнуть. Ведьмы получили бы мою голову, успокоились и запомнили, что с гемункулом лучше считаться. То есть обещания помощи с побегом прекрасно сочетались у него с планами на моё убийство. Но Кикеросс нарушила договорённость и выставила сильных бойцов, а я взял и пережил встречу. Теперь лучшие воспитанники мертвы, культ Губительной Жажды требует мести, и Тервантьяс возмущён тем, что его безупречный расчёт не сработал. Извини, что не умер по расписанию.
Сам он собирался перебраться в шпиль кабала Опустошительной Бури, под защиту своих покровителей. Мне первоначально предлагалось выйти на улицу и умереть либо вернуться на арену, попытаться убить Кикеросс и всё равно умереть. После дальнейшего разговора у гемункула появился более полезный вариант: если я хотя бы раню суккубу и задержу её, это даст время для побега нам обоим. Ради этого он согласился расстаться с оставшимися пленниками, и я наконец забрал Хейнрикса. Заодно Тервантьяс предупредил, что даже смерть Кикеросс ничего окончательно не решит: за неё возьмётся Синистория, поэтому возвращаться в Прорву после арены нельзя. Нужно уходить в другие шпили.
Предложение Ноктюрна Забвения
Далеко от Анатомической оперы уйти спокойно не получилось — снаружи уже ждал отряд друкари. Среди противников появился гротеск: здоровенная переделанная тварь с большим запасом здоровья. После всего увиденного у Тервантьяса происхождение таких существ вопросов уже не вызывало. В бою, правда, этот экземпляр ничем особенно неприятным не отличился: пришлось потратить на него больше урона, но новой катастрофы уровня первого знакомства с Хтоносом не произошло. Зачистил нападавших, и после этого появился Ноктюрн Забвения. Он снова изложил всё стихами, но смысл удалось разобрать: на арене меня собираются добить, а он поможет сбежать. Нужно продержаться до его сигнала, дождаться открытия прохода и уходить через портал.
Признание Ардженты
У входа на арену Арджента решила поговорить. Комморра, погибшие люди и постоянные обманы довели её до состояния, в котором продолжать молчать она уже не могла. Сначала речь шла о вере, доверии и необходимости очистить совесть перед следующим боем, а затем она призналась: Теодору фон Валанциус убила именно она. Во время нападения на корабль Арджента побежала защищать Вольного Торговца, но застала её с еретическим артефактом. Это была линза, похожая на те, которые мы встречали в системе Райкад, только меньше и значительно мощнее. Подобные предметы Арджента уже видела у культистов на Салис Прайм, поэтому сразу решила, что перед ней оружие Хаоса.
Арджента выстрелила, уничтожив артефакт и убив Теодору. В том же помещении находился Морт, её архимилитант и телохранитель. Он бросился защищать госпожу, и Арджента убила его тоже. Именно это её мучило: Морт был верным слугой Императора и раньше помог ей выбраться с Салис Прайм. О смерти Теодоры она не сожалела, считая её еретичкой, а правду скрывала из страха перед немедленной казнью. Все подозревали Кунрада и мятежников, и она позволила этому заблуждению сохраниться. Я осуждать её не стал: если Теодора связалась с Хаосом, то получила по заслугам. Арджента осталась со мной, а вопрос о том, кто убил прежнюю хозяйку корабля, наконец получил ответ.
Последний бой Кикеросс
После признания отправились на арену. Противники выходили последовательно: очередная группа тварей, затем следующая, а последним боем стала сама Кикеросс. Несмотря на предупреждения о предстоящей расправе, здесь дела шли заметно спокойнее, чем в прошлой серии с Хтоносом. Снаряжение уже вернулось, Хейнрикс снова был со мной, и нормально пробить отряд противникам не удавалось. Постепенно перебил всех, включая суккубу. После завершения боёв появился Ноктюрн, забросал место дымовыми гранатами и позвал за собой. Я добежал до портала и вышел во Внешних палатах шпиля. С арены выбраться получилось, но до свободы оставалось ещё несколько помещений с вооружёнными друкари.
Зачем Ноктюрн помог
Во Внешних палатах лежал тяжело изувеченный азуриани, а вокруг находились друкари, с которыми пришлось разбираться. После зачистки появился Ноктюрн и заговорил с пленником. Это был провидец Крудараха, родного мира Ирлиэт. Его больше не считали полезным для опытов и отдали другим друкари на растерзание. Провидец ещё мог говорить: он сообщил, что остальные пленённые сородичи находятся наверху, в шпиле, попросил помочь им и прекратить его собственные мучения. Ноктюрн убил его быстрым ударом и забрал камень души. В данном случае он действительно освободил пленника от пыток и сохранил его душу, а не просто прикончил свидетеля после разговора.
Тут и стало понятнее, зачем Ноктюрн вообще занимался мной. Его интересовали пленные провидцы и их души, а мой побег помогал добраться до них и убрать мешавших друкари. Содержание настолько сильных псайкеров в Комморре нарушало местный запрет: их способности могли повредить границы Паутины и открыть путь варпу. Хозяйка Опустошительной Бури ради собственных целей пошла на этот риск. Ноктюрн вмешался, а меня направил туда, где моя привычка убивать вооружённых противников оказалась ему полезна. При этом обещанный путь наружу существовал: в шпиле были врата Паутины, ведущие обратно в реальное пространство. Ирли попросила помочь оставшимся провидцам, и мы отправились дальше.
Шпиль Опустошительной Бури
Следующей целью стал сам шпиль. Здесь предстояло найти врата и способ их открыть. Ирлиэт объяснила, что сможет справиться, если раздобудет специальное резонансное устройство. Одновременно нужно было искать её сородичей: после слов умирающего провидца мы хотя бы знали, что их держали именно здесь. Исследовать помещения приходилось осторожно — ловушек в локации хватало, встречались и устройства, простреливающие проходы. Между поисками нужного оборудования, осмотром комнат и обезвреживанием опасных участков начали попадаться результаты местных экспериментов. Очень скоро стало ясно, что найти пленника и найти того, кого ещё можно вывести отсюда живым, здесь совершенно разные задачи.
Что осталось от провидцев
В одном месте обнаружилось существо, сшитое из четырёх провидцев. Тервантьяс соединил их тела, а заодно искалечил сознание и души: они говорили разными голосами, путались в воспоминаниях, обращались к тем, кого рядом давно не было. Ирли узнавала своих сородичей, но получить от них связный рассказ о гибели Крудараха уже не получалось. Они оставались внутри этого существа и продолжали мучиться. Я выбрал прекратить их страдания. После многочисленных поисков выживших Ирли снова нашла своих, но забрать их с собой было невозможно. От её желания узнать правду это ничего не оставляло, кроме необходимости идти к следующему пленнику и надеяться, что с ним поступили иначе.
Следующая находка сначала выглядела как настольная игра с фигурками друкари и азуриани. На самом деле доска и фигуры были изготовлены из тканей провидицы, чья душа оставалась связана с ними. Каждый ход причинял ей боль, каждая потерянная фигура заставляла переживать смерть, а завершение партии возвращало всё к началу. Ирли слышала её и тяжело переносила этот контакт: пленница обвиняла её в том, что она покинула Крударах. Просто разбить доску тоже не означало спасти заключённую внутри душу — без камня души она оставалась беззащитной перед Слаанеш. У друкари даже обычную на вид вещь нельзя осмотреть без риска обнаружить внутри очередного замученного пленника.
Был здесь и провидец в резервуаре с мутной жидкостью. Его тело ещё поддерживало жизнь, но разум после опытов почти не воспринимал происходящее: вместо ответов оставались обрывки мыслей о боли, наказании и приказах хозяина. Даже такой способ содержания оказался частью пыток, а не попыткой сохранить пленнику здоровье. Спасти его не удалось. После сшитых тел и провидицы, превращённой в игру, эта находка тоже не дала Ирли ни собеседника, ни ответов. Мы продолжили обследовать помещения, пока не добрались до охраняемого устройства, похожего на подвешенный кокон. Внутри находился ещё один азуриани, и к нему сначала пришлось пробиваться через охрану.
Освобождение Эклендила
Охранников я убил, кокон опустил и освободил Эклендила Ма’эрша — провидца и одного из руководителей Крудараха. Наконец нашёлся живой сородич Ирли, который сохранил рассудок и мог разговаривать. За время плена он узнал о вратах Паутины и сообщил, что способен открыть их, если мы доведём его до нужного места. Самостоятельно выбираться после экспериментов гемункула ему было тяжело. Для меня это означало ещё одну возможность покинуть Комморру, а для Ирли — долгожданный разговор с тем, кто знал обстоятельства гибели её дома. Она сразу потребовала рассказать всё и не пытаться скрывать неприятные подробности.
Как погиб Крударах
По рассказу Эклендила, провидцы увидели в приближающемся человеческом корабле угрозу гибели Крудараха и других азуриани. Они атаковали судно, а вернувшиеся после разведки корабли занесли заражение домой. Болезнь начала разрушать сам мир-корабль: сооружения распадались, живые ткани и механизмы менялись, превращаясь в смесь органики и металла. Души предков сопротивлялись распространению заразы, но остановить её не удалось. Когда спасать Крударах стало невозможно, уцелевших посадили на оставшиеся суда и отправили искать убежище. Позже беглецов обнаружили друкари: вместо помощи они получили новые нападения, плен и эксперименты, результаты которых мы только что видели в соседних помещениях.
Заражённое человеческое судно было связано с Теодорой. По описанию происходящее очень напоминало ту самую техническую заразу, упоминания о которой мы уже находили. Сам Эклендил точной природы болезни не знал: она вела себя иначе, чем ожидаемое ими воздействие Хаоса. На этом рассказ не закончился. Провидцы привели Крударах в Простор Коронуса, доверившись пророчеству о спасении от варп-бури. Когда предсказания начали становиться тревожнее, совет раскололся, но решающим оказался голос Эклендила: он настоял на прежнем курсе. Это признание пришлось из него вытаскивать. В следующей серии продолжу зачистку шпиля и поиски дороги к вратам. Теперь у нас есть живой провидец, способный помочь с выходом, осталось довести его туда и наконец покинуть Комморру.
